Фаулз. Любовница французского лейтенанта. Цитаты

Она пожертвовала церкви немалые суммы, но знала, что они весьма далеки от предписанной законом Божьим десятины, с которой надлежит расстаться серьезным претендентам на райское блаженство.

Одиночество либо ожесточает, либо учит независимости.

В такое утро даже калека запляшет от радости. А у тебя на душе кошки скребут. Ergo, ты напился.

Дешевые остроты и каламбуры — вид юмора, с на редкость бесстыдной откровенностью основанный на преимуществах образования.

Если в наши дни вы хотите одновременно ничего не делать и быть респектабельным — лучше всего притвориться, будто вы работаете над какой-то серьезной научной проблемой.

Он знал, что находится в лабиринте, но не знал, что стены и коридоры этого лабиринта все время изменяются.

Соблазнительная округлость не в ущерб очаровательной стройности.

Чувство такта неведомо пророкам.

В конце концов добродетель и страдание — одно и то же.

Возможность — это еще не вседозволенность.

Имеется лишь одно хорошее определение Бога: свобода, которая допускает существование всех остальных свобод.

Мы все бежим от реальной реальности. Это главная отличительная черта homo sapiens.

Еще не родилась та женщина, чья красота проиграла бы при свечах.

На нее нельзя сердиться. Ведь она всего лишь женщина.

Крестьяне гораздо ближе к реальным ценностям, чем городские илоты.

Девушка, которая чувствует, что в ней нуждаются, уже на четверть влюблена.

Совершенно посторонний человек… и к тому же другого пола… часто бывает самым непредвзятым судьей.

Мы все пишем стихи; поэты отличаются от остальных лишь тем, что пишут их словами.

Когда правительство начинает бояться толпы, это значит, что оно боится самого себя.

Вы не принесете счастья большинству людей, заставив их бегать прежде, чем они научатся ходить.

Когда невозможно понять тех, кто занимает наивысшие посты, что говорить о низших…

Мальчик в мужчине всегда рад поиграть в тайные общества.

Случилось так, что я богат, а вы бедны. К чему нам эти церемонии?

Очень храбрые люди могут быть очень лживыми.

Видеть что-нибудь еще не значит это признавать.

Мы можем порой распознать в лице современника выражение минувшего века, но нам никогда не удается распознать выражение века грядущего.

Подобно многим дочерям богатых родителей — и в прежние времена, и теперь — она не отличалась никакими талантами, кроме общепринятого хорошего вкуса… то есть умела потратить большие суммы денег у портних, модисток и в мебельных лавках.

Купидон известен своим презрением к чужим удобствам.

Старые сердца наиболее чувствительны.

Время — великое заблуждение; существование лишено истории, оно всегда только сейчас, и существовать — значит снова и снова попадать в какую-то дьявольскую машину.

Все эти разукрашенные ширмы, возведенные человеком с целью отгородиться от действительности — история, религия, долг, положение в обществе, — все это иллюзии, не более как фантазии курильщика опиума.

Старые врачи и старые священники имеют одно общее свойство — они тотчас чуют, когда их обманывают.

Трагедия Homo sapiens состоит в том, что наименее приспособленные размножаются больше всех.

Вы не первый, кто усомнился в выборе своей будущей жены.

Одни мужчины утешаются тем, что есть женщины менее привлекательные, чем их жены; других преследует мысль, что есть женщины более привлекательные.

За самыми невинными масками таится самое отвратительное зло.

Мы же так привыкли разрушать и занимаемся этим столько времени, что созидание представляется нам занятием никчемным и бессмысленным, как пусканье мыльных пузырей.

Иметь тридцать комнат, когда достаточно и пятнадцати, казалось ей расточительством.

Мужчине важно, чтобы ему беспрекословно повиновались, а женщина должна уметь превратить беспрекословное послушание в орудие собственной конечной победы.

Если монету пробуют на зуб, то ясно, что она золотая.

Современный мир тратит уйму времени на то, чтобы подстегнуть нашу сексуальную активность, в то время как повседневная реальность изо всех сил старается нам по мешать.

Если вы не в состоянии съесть больше одного яблока в день, что за прок жить в саду, где ветки ломятся от плодов, вид которых вам уже осточертел? Пожалуй, яблоки показались бы слаще, если бы вам выдавали только по штуке в неделю.

Сломав барьер труднодоступности, запретности и уничтожив ореол тайны, мы в значительной мере испортили и само удовольствие.

Сперва попробуй, потом покупай (теперь это именуется «добрачными половыми сношениями»).

Мы возмущаемся, что женщины не сохраняют девственность до брака; жалуемся на распущенное поведение и непристойные речи девушек, работающих в поле; говорим, что слишком легко они расстаются со своей девичьей честью и что слишком редко приходится слышать, чтобы за них вступился отец или брат, кипя стыдом и негодованием… В невыносимых условиях жизни коренится все это зло; в них причина всех этих безобразий.

Низы втайне счастливее верхов.

Если человек наделен умом и образованностью, ему не избежать своей пустыни: он рано или поздно подвергнется искушению.

Противодействие соблазну может быть неразумным; но это всегда победа добра над злом.

Предки его с незапамятных времен предавались таким освященным традицией занятиям, как охота, пьянство и распутство, и эти семейные традиции он с должным усердием хранил и приумножал.

В его образе жизни было нечто прямое и честное. Он грехотворничал без стыда, но и без ханжества.

Было ясно, что он не создан быть повесой и распутником; но и мучиться подолгу угрызениями совести он тоже не умел.

Дети искупают многие неприятные стороны жизни.

Нечестные действия легче оправдать, если они совершаются не ради себя, а во имя кого-то другого.

Местоимения — одна из самых страшных масок, изобретенных человеком.

Люди, которых мы не видим, исчезают, растворяются в тени того, что близко, рядом.

Все мы в какой-то степени поэты, хотя лишь немногие пишут стихи.

Свобода чревата опасностями.

Долг — это глиняный сосуд. Он хранит то, что в него наливают, а это может быть все что угодно — от величайшего добра до величайшего зла.

Либо ты остаешься в тюрьме, которую твой век именует долгом, честью, самоуважением, и покупаешь этой ценой благополучие и безопасность. Либо ты будешь свободен — и распят.

Душа против воли влеклась вслед за низким животным началом, как воздушный шарик на ниточке за своенравным, капризным ребенком.

Джентльмен остается джентльменом, даже если отвергает чужие советы. Но он теряет право называться джентльменом, когда оскверняет свои уста ложью.

Человек не может построить свое лучшее «я» иначе как на развалинах прежнего.

Закон не печется о правде.

На товаре всегда четко обозначена цена.

Он вряд ли понял до конца, что происходит в этой стране, однако в полной мере ощутил величие ее просторов и грандиозные запасы энергии, использовать которую мешала бессмысленная разобщенность нации.

Если художник не способен быть строжайшим судьей себе самому, он не художник.